Для новичков

Фракции

Докты

Оплот в горах

С наступлением Эры Прайма докты, по сути, первыми очертили границы нового государства. То, что официально Империя Доктов была провозглашена уже после становления суверенного Королевства Адорния на юге, – лишь сухая хронология официальных летописей.

Северная провинция Лафитской Империи располагалась в гористой местности, богатой природными ресурсами. Здесь были развиты ремёсла, образовывались мануфактуры, создавались школы для передачи накопленных знаний. В последние годы Император, активно покровительствовавший науке, открыл здесь несколько исследовательских лабораторий. Одна из них – обсерватория «Докта», – расположенная высоко в горах, и стала для людей на севере новым оплотом в первые дни хаоса.

Наместник Северной провинции Леонард прибыл туда одним из первых – цитадель в горах казалась самым надёжным пристанищем от внезапного заполнения земель праймом. Однако по пути он пережил ужасную трагедию: при переправе через реку его жена не удержалась на лошади, упала в вязкую субстанцию прайма, заполонившую русло реки, и умерла от отравления. Потеря жены потрясла наместника. Всю оставшуюся дорогу он размышлял о беззащитности человека перед разгулом новой стихии – покорить её казалось ему теперь единственным, хоть и недосягаемым, смыслом существования.

Но по прибытии в обсерваторию Леонард воспрял духом. То, что в это ужасное время именно храм науки служит укрытием ему, его сыновьям и народу, показалось ему перстом самой судьбы, указывающий направление к его новой цели.

Действительно, во всеобщем беспорядке и ужасе помочь могли только факты, а не эмоции. Беспристрастная наука, отстранённая от конкретных человеческих судеб, в этой ситуации как минимум могла дать новый ход мыслей для ума и новое стремление к идее для души. Неспокойные времена требуют уверенного фундамента, а научные знания во всём этом хаосе могли стать опорой столь же крепкой, как сама цитадель обсерватории посреди разгула новой стихии. К тому же, всего несколько лет назад одной из главных задач Империи было провозглашено развитие научной мысли. Возращение к национальным ценностям сможет укрепить единство духа людей и не дать обществу распасться в период хаоса.

В тот же вечер наместник выступил с речью ко всем, кто находился на тот момент в обсерватории. Прозвучал призыв бросить все силы на изучение новой субстанции, её свойств, способов влияния на живую и неживую материю и поиск противоядия. Те, кому недоставало базы знаний или живости ума для научной работы, должны были обеспечивать все бытовые стороны этой «общественной мысли».

– В это страшное время мы должны обратиться к тому, кто мы есть и что мы можем противопоставить стихии. А это: живой пытливый ум и тяга к новым знаниям гражданина Империи! – Закончил свою речь наместник Леонард.

Так с первых дней Эры Прайма люди науки стали высшей кастой нового общества. Когда горная обсерватория перестала вмещать в себя всех беженцев, внутрь её стен стали пропускать только тех, кто был способен принести ощутимый вклад в научные исследования, называя их по имени обсерватории «доктами». Изучение прайма ради спасения многих жизней было важнее, чем сбой в его исследованиях ради спасения единиц – такой непреклонной логике было подчинено всё устройство нового сообщества, и никто не смел её оспаривать. В том числе за пределами обсерватории: во временном посёлке, разбитым у её стен, а постепенно и в других местах провинции, ставших пристанищем для переживших Катаклизм. И все ждали Научного Слова, результатов первых исследований прайма, которые должны были показать, как им жить дальше в изменившемся мире.

Первые выводы

Учёные принесли две новости: плохую и хорошую с разницей в несколько месяцев. В первую очередь по приказу наместника они изучали степень опасности прайма для людей. И вынесли следующее заключение: эффект воздействия праймом на живой организм предсказать невозможно, а противоядия не существует. И хотя отравление праймом не заразно, последствия такого воздействия могут быть опасными для общества – именно за счёт своей непредсказуемости.

Этот беспристрастный вердикт учёных повлёк за собой много волнений. Люди начали с опаской смотреть на своих соотечественников, подвергшихся воздействию прайма, а те не могли не чувствовать их враждебности. Начали вспыхивать конфликты и драки, в результате этих волнений все, кто подвергся воздействию прайма, были объявлены опасными членами общества, и, при превышении допустимой нормы прайма в организме, выгонялись из поселений.

Такие жёсткие меры имели под собой чёткий научный базис: «единичные жертвы ради спасения многих», – но не все внимали голосу логики. В особенности тяжело было донести необходимость изоляции здоровых членов общества от отравленных праймом до тех, кто имел собственные субъективные причины оспаривать научные выводы. Цифры формул говорили, что из-за климатических особенностей южной провинции доля прайма там должна быть крайне высокой, а значит, её жители – крайне опасны. Поэтому наместник приказал пресечь все коммуникации с соседней провинцией и её жителями, чтобы спасти своих собственных. Разумеется, в итоге это вылилось в большое количество жертв со стороны будущей Адорнии, но это были их проблемы.

Второе открытие учёных было объявлено через несколько месяцев, но эта хорошая новость принесла всем столько радостного воодушевления, что они затмили все неприятные волнения с чужаками.

Выяснилось, что воздействие прайма на неживую материю, в отличие от живой, напротив, подчиняется строгим закономерностям, и потому – может быть не только предсказано, но и запланировано. Прайм способен изменять свойства вещества на самых разных уровнях, поэтому, создавая те или иные условия для материи во время воздействия на неё праймом, можно управлять её итоговой трансформацией.

А самое главное – теоретически сам по себе прайм является мощнейшим топливным ресурсом, открывающим абсолютно новые горизонты в механике и технологиях. Самые поверхностные опыты в этом направлении принесли невероятные результаты. При тщательном изучении и правильном подходе прайм сможет заменить все известные виды топлива, при этом многократно увеличивая его эффективность.

Это было поистине революционное открытие! Теперь предстояло досконально выявить все закономерности, учесть все нюансы и прописать все законы работы с праймом. И пусть пласт работ предстоял огромный, столь же колоссальной обещала быть награда – новые технологии, позволяющие не только смириться с утратой старого мира, но и поднять людей на новую высоту!

Леонард ликовал. Такой победы над праймом – заставить опасную субстанцию работать на людей – он не видел в самых дерзких своих снах. Ликовали и остальные жители и громко выражали свою любовь и преданность лидеру, который сумел провести свой народ через времена хаоса и отчаяния к надежде на возрождение. И это возможное возрождение окончательно укрепило науку и её методы в самом центре системы ценностей зарождающегося государства.

Спустя чуть больше года после Катаклизма связь между провинциями была возобновлена, но прежние соседские узы в новом мире, мире прайма, явно восстановлению не подлежали. Обе территории провозгласили собственную независимость. А когда на юге было официально провозглашено новое государство – суверенное королевство Адорния — жители северных земель в ответ подтвердили свою приверженность старым политическим и социальным ценностям Империи. Её наследие они решили отразить и в имени нового государства, назвав себя Империей Доктов, а Леонарда – первым императором нового государства.

Становление новой Империи

Чем глубже доктские учёные изучали прайм, тем больше перед ними вставало новых вопросов и тем для дальнейших исследований. Как предмет для изучения, прайм может быть таким же бесконечным, как и таящаяся в нём мощь. Разумеется, число исследователей, лаборантов и испытателей тоже постоянно росло – привлекли всех, в ком были хотя бы какие-то способности к научному мышлению, раздав им фронт работ согласно возможностям.

Изучение новой субстанции требовало дисциплины, последовательных методик и систематического подхода, и постепенно это подчинило себе все повседневные уклады. Способность принести свой вклад в науку стало главным определением «полезного» члена общества. Если ты тратишь свои и общественные ресурсы на такие «несерьёзные» дела, как музыка, литература и прочие гуманитарные дисциплины, если ты отвлекаешь других доктов от исследований, если не соблюдаешь установленные правила и дисциплину – тебе нет места в Империи.

В первые годы докты помимо всего прочего обстоятельно изучили токсичные и мутагенные свойства прайма и окончательно регламентировали порядок и допустимые дозы взаимодействия с ним. В результате в Империи начали несколько терпимее относиться к подвергшимся воздействию прайма – по крайней мере тем из них, чьи показатели были не выше установленных доктскими учёными норм.

А вот другой вердикт из числа самых первых – чрезвычайная опасность прайма для живого организма – остался изначальным. Докты до сих пор избегают всякого физического контакта с праймом, доведя за эти годы свои защитные костюмы до совершенства, и соблюдают тщательные меры предосторожности в любой работе с субстанцией.

Впрочем, такое осторожное отношение к прайму не умаляет полёта и размаха доктской инженерной мысли. Прайм открыл им немыслимые горизонты технических возможностей, которые, в свою очередь, дарят доктам всё новые способы взаимодействия с миром. Сделать весь мир технологически предсказуемым, понятным и удобным, как они когда-то смогли сделать с самим праймом – вот нынешняя цель доктов. Так что прайм для них выступает не только как крайне интересный объект для изучения, но и как основной инструмент для достижения уже новой цели. Изучая прайм, докты изучают физическое явление, но используя прайм, они покоряют внешний мир. И здесь тоже способны на многое.

Для оружия и военных машин докты используют другой подвид топлива: жемчужины прайма, синтезируемые искусственным путём в специальных шахтах. Жемчужины аккумулируют свойства прайма в меньшем объёме, но требуют больше затрат, чем разработка обычного месторождения прайма. Поэтому с чисто экономической точки зрения этот вид топлива не выгоден, а вот в условиях войны – бесценен.

Впрочем, в настоящий момент Империя Доктов находится в состоянии мира. Разумеется, стычки на пограничных землях случаются с регулярной переодичностью. Но пока это скорее забавы Лордов, а не серьёзные сражения.

И докты, и адорнийцы осознают, что им нужны новые месторождения прайма, и совсем скоро их придётся оспаривать друг у друга на нейтральных территориях. Однако после Битвы при Туманной Роще, ставшей первой кошмарной страницей в истории нового мира со времён самого Катаклизма, официально развязывать войну за прайм в настоящее время не торопится ни одна из сторон.

 

Адорнийцы

Красота спасёт мир

На южных территориях прайм воспринимается как благость, главный дар живой вселенной и новый виток развития мира – даже несмотря на то количество жертв, через которое «новые люди» шли к своему становлению.

До Эры Прайма в Юго-восточной провинции часто бывали гости из самых разных уголков Империи. Этот регион славился своим тёплым, солнечным климатом и удивительной природой, поэтому он считался лучшим местом для отдыха, равно как и для различных фестивалей и других мероприятий под открытым небом. Некоторые из таких праздников стали традицией – вот и накануне Катаклизма на очередной фестиваль сюда съехались люди творческих профессий не только с близлежащих земель, но и с Северной провинции. Тогда ещё никто из них не знал, что пути назад больше не будет…

Когда мир захлестнули потоки прайма, регион оказался полностью под властью этой новой стихии. Южные земли располагались в низине, влажная болотистая местность быстро впитала и долго удерживала в себе опасную субстанцию. Жертвами отравления праймом пало немыслимое количество людей, прекрасные пейзажи южных земель сменились мрачным ландшафтом мёртвого леса. Тогда многие из тех, кому удалось пережить первые дни Катаклизма, решили уйти в горы, чтобы искать помощи и сочувствия у своих северных соседей.

Однако с каждым караваном, отправляющимся на север, у тех, кто оставался, зрело тревожное предчувствие за их судьбу. Прайм уже входил в метаболизм людей на юге, усиливая их восприимчивость и интуицию, но тогда они ещё не знали этого: просто обосновывая своё решение теми или иными аргументами, многие оставались дома – и пытались отговорить от этой тревожной дороги к сомнительному спасению тех, кто им дорог.

Вот и Амагату, молодой архитектор с юга, почувствовал, что на севере их ожидает не облегчение от катастрофы, но ещё более тяжёлые страдания. Но семья девушки, которую он любил, не слушала его тревожных речей – глава семейства был человеком скорее рациональным, чем подверженным эмоциям, а голос рассудка советовал ему искать помощи у родственников на севере. «Посмотри, во что превратилась наша родина, – сказал он, обведя рукой исковерканные деревья и мёртвые пустоши вокруг. – Здесь нет ни настоящего, ни будущего: в этих землях никогда не сможет возродиться жизнь. Мы должны искать себе новый дом – и завтра мы выдвигаемся».

В отчаянии Амагату всю ночь проходил вокруг дома девушки, страстно желая найти способ убедить её и её семью остаться здесь. И когда взошло солнце, все увидели невероятное: посреди выжженной праймом земли раскинулся прекрасный сад – с цветущими клумбами, фруктовыми деревьями, узорчатыми мостиками, перекинутыми через журчащие ручьи. А в чудесной беседке, отделанной тонкой работой, спал без сил молодой архитектор. Этой ночью он смог даже больше, чем спасти от неминуемой гибели свою любовь и её семью. Своим переполненным чувствами сердцем он первый открыл путь к новой магической силе, ставшей доступной людям южных земель.

Новые люди

Так у переживших Катаклизм людей на юге обнаружились удивительные способности. Магия, которая стала им доступна, давала возможность преобразовывать материю с помощью воображения и эмоций. Именно преобразовывать: южный кузнец не может «выковать» меч из воздуха, но может наколдовать его из куска железа. Точно также, как заряд для файербола не берётся из ниоткуда – для него необходима яркая страсть… И чем сильнее эмоции и ярче воображение у человека в этот момент, тем выше качество получившегося чуда.

Именно поэтому люди с изначально творческим складом характера живее и раньше прочувствовали опасность в попытках спасения на горных вершинах севера – даже те из них, для кого это означало возвращение на родину. Ведь творчество основывается в первую очередь на чувствах, вдохновении, ощущении момента «здесь и сейчас». А прайм многократно усиливал все эти врождённые способности, развивая интуитивное восприятие и открывая абсолютно новые возможности созидания.

Тем не менее для качественного чуда одного наития зачастую бывает мало – необходимо иметь точное представление о требуемом конечном результате, всех деталях и их взаимосвязи. Это явно продемонстрировали первые попытки восторженных адорнийцев отстроить свои жилища, пользуясь новой магией – внешне почти все дома представляли собой уникальное произведение искусства, но в одном не было внутренних лестниц, другой протекал во время дождя, а один объятый вдохновеньем творец и вовсе забыл о такой немаловажной детали, как двери и окна. Конечно, порой шедевры рождаются и без опыта и знаний у их авторов, но стало понятно, что для практического применения новой магии всё же лучше основывать её на методологии.

Поэтому для раскрытия потенциала людей в новом мире нужно было овладеть знанием о сути самых разных предметов и сущностей. На это могли бы уйти десятки лет – однако и здесь будущим адорнийцам помог прайм. Его концентрация на их территориях была настолько высокой, и он так плотно вошёл в организм местных жителей, что им стало доступно понимание без изучения. Прайм открылся им как часть внешнего мира – и в то же время как часть внутренней сущности человека, он проложил интуитивную связь между их внутренним и внешним космосом. В результате люди осознали прайм как часть себя, мира, вселенной – и научились черпать постоянно необходимое для их «творения страстью» вдохновение у самой природы.

Немаловажную роль в этом постижении вселенной сыграл для нового общества всё тот же Амагату. Его прекрасный сад стал квинтэссенцией нового направления творчества в мире прайма: здесь талант и база знаний архитектора переплетались с вдохновением и красотой природы – в едином целом, столь прекрасном в своём совершенстве. Сюда приходили не только полюбоваться садом и зарядиться вдохновением, но и для того, чтобы послушать самого мастера. Амагату с радостью делился со своими соотечественниками открывшимися ему опытом и знанием. Он учил «слушать прайм» и развивать свой талант постоянными практиками, заряжаться вдохновением у природы и неуклонно совершенствовать своё мастерство.

Он читал лекции по рисованию и архитектуре – и вдохновлял по-новому вглядываться в каждое явление мира, потому что в каждом из них сокрыта истинная красота. А главное – он вселил в людей уверенность, что каждый способен стать великим мастером, если будет должным образом тренировать и развивать свой талант. «Люди сами устанавливают пределы своих возможностей, – говорил Амагату. – Однако теперь в мир пришёл прайм, чтобы помочь нам разрушить эти пределы и осознать, что на самом деле нет «невозможного», что можно достичь любой высоты – разумеется, если ты сам готов на неё подняться».

Новые невероятные способности, открывшиеся с праймом, были восприняты как следующий виток эволюционного развития, как глобальная трансформация с помощью внешних условий людей в «новых людей». И когда спустя год после Катаклизма, восстановив связь между провинциями, на юге узнали, что творение с помощью прайма стало доступно только им – стало понятно, что на этот новый виток развития вышли не все.

Тогда же раскрылся факт жестокого хладнокровия людей северных земель и печальной судьбы беженцев с юга, павших от истощения, голода и ран на их территориях. В потрясении, «новые люди» полностью отреклись от бывших соседей и провозгласили независимость провинции. А позднее окончательно разорвали связи с прошлым, объявив о создании собственного суверенного государства: королевство Адорнии. Себя они стали называть «адорнийцами», или Хранителями Адорнии, ибо им удалось восстановить красоту своих земель и сохранить силу внутреннего духа – и, если понадобится, они пронесут это через любые новые испытания. И, конечно, самой главной, высшей ценностью нового государства была провозглашена свобода творчества – во всех его проявлениях.

Расцвет королевства Адорния

Во главе новой страны встал наместник бывшей Юго-восточной провинции – этот пост вначале предложили было Амагату, но он отказался, сказав, что каждый должен занимать своё подобающее место. Однако своё подобающее место в новом государстве должно было занять и творчество как таковое – поэтому лидерство Короля было дополнено высшим правительственным органом – Круглым столом. Сюда вошли лучшие мастера по различным видам искусства, включая боевые и околонаучные, а самый искусный и уважаемый из них возглавлял Круглый стол. Первым Главным мастером Адорнии стал Амагату.

В целом всё административное устройство нового государства выстраивалось так, чтобы стимулировать эмоции, вдохновение, творчество. Именно поэтому Адорния – королевство, а адорнийское общество – аристократическое: так ярче кипят страсти, а значит, и живее расцветает искусство. Но при этом основным постулатом нового государства являлась свобода – и это также нашло своё отражение в структуре общества. Король или королева Адорнии – должность не предопределённая, но выборная, с шестнадцатилетним сроком правления суверена, а адорнийская аристократия формируется не только по праву рождения, но и по принципу выделения мастерами талантливых учеников из любых сословий.

Мастерству, делу, творчеству у адорнийцев подчинён весь общественный строй, даже устройство семьи. Как и в других сферах общества, главным приоритетом здесь стало развитие творческих способностей личности, а не кровные узы и прочие условности. Отца ребёнку заменяет мастер: как только маленький адорниец начинает проявлять свои индивидуальные склонности, его отдают в обучение соответствующему наставнику. Впоследствии ученики наследуют права и собственность своего мастера, а не кровных родителей.

Институт брака тоже был отринут с презрением как рудимент «старого человека» – ведь попытки сохранить любовь, прибив ей какое-то определения и обязательства, явно пошлы и нелепы. Любовь и отношения должны вдохновлять, а не отягощать, а яркая страсть длиною в несколько дней порой окрыляет не меньше, чем многолетнее чувство партнёрства. Жить здесь и сейчас, полноценно ощущая каждый момент бытия – это главный принцип жизни адорнийцев, которому они следуют как в творчестве, так и в повседневной жизни.

Мировоззренческая позиция Хранителей заключается в постоянном совершенствования себя на пути к абсолютному мастерству. Адорнийцы верят, что прайм – это особое состояние живого мира, новый виток его развития, в котором им, «новым людям», дана возможность занять своё «подобающее место» через творчество и самовыражение. При этом для них важна не столько оценка окружающих, сколько развитие своих возможностей – и, разумеется, сама радость творчества.

В этом «творении страстью» прайм используется как внутренний ресурс, главное связующее звено между идейной задумкой и её материальным воплощением. На южных территориях и сейчас общая насыщенность праймом достаточно высока, но в целом адорнийцы зависимы от гораздо большего его количества, чем жители других земель. Поэтому места собраний и прогулок в адорнийских городах украшены фонтанами прайма, а в домах есть специальные резервуары.

Для походных и боевых условий адорнийцы создали особый способ концентрации прайма – и здесь они тоже обратились за помощью к природе. Хранители терпеливо и вдохновенно создают прекрасные озёра, в которых прайм кристаллизовывается в не менее прекрасные жемчужины. Однако этот способ занимает много времени и сил, поэтому сейчас Адорния начала вести поиски новых источников ресурса.

И тем не менее не стоит думать, что адорнийцы настолько увлечены созиданием, что не способны при необходимости отстоять свои интересы. «Любить то, что дарит тебе вдохновение» – можно трактовать и как «ненавидеть то, что мешает твоему полёту». С самого рождения нового государства они осознавали, что рядом образовался опасный враг, жестокий и недалёкий, вобравший в себя худшие идеи из наследия старого мира. Осознавали они и то, что рано или поздно их интересы серьёзно пересекутся настолько, что новой кровавой войны будет не избежать. И Хранители Адорнии готовы к этой войне.

Объединение народов

Возвращение старых Богов

Непримиримая война между фракциями, их мировоззрением и образом жизни велась не один десяток лет. Адорнийская магия и доктская наука порождали все больше Героев, которые вставали под знамена королевств по обе стороны границ, а прайм все глубже проникал в жизнь королевств, позволяя им наращивать свою военную мощь.

Жажда власти и прайма настолько ослепила людей, что в погоне за ними они самонадеянно возомнили себя ровней сами Богам. Старые храмы были разрушены и позабыты, а их прежние обитатели печально взирали глазами своих посланников — Ангелов и Демонов — на раздирающие мир хаос и разрушение.

В слепой ненависти друг к другу адорнийцы и докты не видели к какой катастрофе ведут их непрекращающиеся войны. Лишь в Ландайских горах сохранился последний очаг древней веры. Его жрецы все еще чтили старые заветы и прислушивались к посланникам богов, которые пришли к ним поведать истинную историю прайма и рассказать им о своей миссии. Но, как бы ни пытались жрецы воззвать к разуму правителей и остановить кровопролитие, жажда власти была сильнее. И все больше жертв отправлялось на кровавый алтарь войны.

Столь продолжительная война мало-помалу опустошала оба королевства. В них оставалось все меньше прайма, без которого ни Адорния, ни Империя Доктов уже не мыслили своего существования. Короткие вылазки в Праймзону уже не могли обеспечить всем необходимым. Близился день, в который два народа должны были столкнуться в своей последней битве.

Две огромные армии сошлись на границе Праймзоны. Казалось, сама природы хотела остановить грядущее кровопролитие. Непрекращающийся поток дождя тщетно пытался остудить разгоряченных воинов, но его тяжелые и крупные капли лишь разбивались о доспехи и, смешиваясь с кровью, пропитывали землю. Вдруг поле боя озарилось яркой вспышкой, которая осветила искаженные от ярости и ненависти лица врагов. Почти сразу же за ней последовал второй всполох света, яркий до боли в глазах. А в следующее мгновение всю Праймзону поглотила тьма, изредка разрезаемая пронзительно бирюзовыми молниями, выхватывающими перепуганные лики адорнийцев и доктов, которые перед лицом невиданной опасности позабыли о старых дрязгах и перемешались между собой.

Оглушительный раскат грома заглушил все звуки, и молния ударила в самый центр Праймзоны. Взрывная волна от нее была столь сильна, что смела обе армии, калеча и ломая бойцов, будто те были игрушечными солдатиками.

Когда оставшиеся в живых пришли в себя и смогли подняться на ноги, они увидели, что выдержать силу взрыва смогли лишь крылатые воительницы. Преклонив колени и расправив крылья, они приветствовали своих истинных повелителей.

Старые Боги, устав наблюдать за бесконечными распрями людей, вернулись в Праю и принесли с собой загадочный туман. Переливаясь всеми оттенками бирюзового, он хлынул на землю, проникая в сердца и адорнийцев и доктов, стирая меж ними старые границы.

Прошлое, с его раздорами и кровопролитной враждой, отступало назад, открывая дорогу будущему, скрытому пока под пеленой Тумана…

Стертые границы

Плотная пелена Тумана, окутавшая всю Праю, ознаменовала собой приход новой эпохи. Поначалу Туман принес с собой надежду. Люди и Герои верили, что он очистит землю, завершив второй Катаклизм, и скоро исчезнет. Однако первые лучи солнца нового дня не смогли разогнать густой туман. Не исчез он и на следующий день, и неделю спустя…

Радость и предвкушение перемен перешли в тревогу за будущее. На смену тревоге пришел и страх. Клубы Тумана оставались все такими же плотными, и постепенно он слился с миром Праи воедино.

Мало-помалу люди свыклись с Туманом и начали учиться взаимодействовать с ним. Разные культуры предполагали и разные подходы к взаимодействию. Докты, в свойственной им манере, начали изучать Туман, пытаясь обратить его к себе на службу. Адорнийцы же самонадеянно решили, что раз их предки смогли справиться с праймом, то уж какой-то Туман точно не сможет им навредить.

Однако уже совсем скоро стало понятно, что Туман таит в себе смертельные опасности. Одним из самых грозных его свойств было преломление пространства. Хоть Туман и не мог проникнуть в города и замки, но за воротами вас поджидала плотная пелена; и, попав в нее, никто не мог предугадать, где закончится его путь. Путники могли оказаться за многие мили от родных Лордств. Проторенные пути больше не вели в знакомые места, торговые пути опустели, а карты стали всего лишь сувениром, напоминающим о прошлом. Некоторые из вошедших в Туман в первые дни так и не вернулись — то ли их занесло в совсем дальние уголки мира, то ли они и вовсе сгинули без следа, затерявшись в бирюзовых клубах.

Для адорнийцев одной из самых страшных потерь стало исчезновение их королевы. Горделивая и своенравная Изабель, презрев опасность, одной из первых отправилась исследовать Туман. Отважно шагнув в него, вопреки мольбам и советам своих подданных, она так и не смогла отыскать пути назад. И до сих пор ее судьба неясна: кто-то уже оплакал свою королеву, другие твердят, что она развоплотилась в Тумане, став с ним одним целым, третьи же верят, что сами Боги призвали ее к себе…

С искажением пространства, которое принес Туман, начали стираться и границы королевств. Адорнийцев всё чаще стало заносить в далекие северные земли доктов, а докты с удивлением взирали на причудливые строения юга. Конечно, поначалу встречи не были теплыми. Столетняя война не могла в одно мгновение стереться из памяти людей, и непрошенных гостей поджидало множество опасностей. Но постепенно люди начали привыкать к новому порядку вещей. Осознав невозможность старой вражды в новых условиях, люди перестали видеть противников друг в друге, ведь главной опасностью для них стал Туман, который не делил их на разные фракции. Борьба с новой угрозой стала главной целью для обоих государств.

Первый прорыв в исследованиях удалось совершить императору доктов — Феррауту. Он объявил о том, что смог разгадать тайну появления Тумана и в силах избавиться от него, чтобы вернуть империи единство и мощь.

Пообещав освободить свой народ от туманного господства, Ферраут начал подготовку к одному из величайших экспериментов. Дворцовый зал превратился в лабораторию, всё его пространство было уставлено десятками причудливых машин и загадочных артефактов, собранных для того, чтобы совместным выбросом энергии разнести Туман в клочья.

Наконец все приготовления были завершены, и пришло время запустить машины.

Однако день великого триумфа доктских технологий обернулся величайшим крахом. То ли в расчеты закралась ошибка, то ли они изначальны были неверны, но эксперимент вышел из-под контроля. Высвободившаяся энергия была столь велика, что попросту смела весь дворец, и его обломки стали величественным надгробием для всех участников эксперимента, включая и самого императора.

Конец эпохи

Со смертью Ферраута окончилась эпоха двух великих держав. Троны обоих дворцов опустели и все меньше находилось желающих занять их. Ведь поддерживать жизнь огромного государства в новых условиях было попросту невозможно. Оба народа оказались разбросаны по всему континенту и пытались выжить в новых условиях. Поддержать власть и порядок удавалось лишь в пределах небольших Лордств и прилегающих к ним провинций, в которых Туман удивительным образом перемешал два, таких разных на первый взгляд, народа. Даже Герои стали приносить присягу Лордам основываясь уже не на цветах их флагов, а на личных предпочтениях. И уже никто не удивлялся, заметив в одном отряде Изобретателя и Художницу, рука об руку патрулирующих границы и вместе отражающих набеги Чуди.

Да и сами Лорды не отставали. Откинув былые предрассудки, они начали объединяться в кланы для защиты своих владений и выживания в новом мире. Хоть Замки были по-прежнему выкрашены в разные цвета, а их хозяева имели склонности к искусству или науке, рациональному или эмоциональному подходу – всё это перестало быть поводом для слепой ненависти. Ведь две культуры могли столь многому научиться друг у друга, и в причудливом переплетении создать нечто новое, ещё более сильное. Туман стёр все границы и позволил Лордам и Героям свободно общаться, обмениваться опытом и выбирать сторону, следуя зову сердца.

Единство Тумана

Туман… Теперь уже объединенные силы двух народов бились над разгадкой его сущности. Ученые и маги, забыв о разногласиях и сочетая столь разные подходы, пытались проникнуть в его тайны. Жрецы, вдохновленные явлением древних богов, проводили все дни в молитвах, пытаясь постичь истину и получить озарение. Откровение Ангела и Демона, полученное накануне второго Катаклизма — «Прайм должен быть усмирен» — передавалось из уст в уста и начало сбываться. Опасность, которую прайм источал накануне катастрофы, понемногу сходила на нет.

Столь причудливое переплетение магии, веры и науки обрело невиданную силу и смогло сорвать покров с главной загадки Тумана. Он впитал в себя все свойства прайма: его коварство, жестокость, непредсказуемость и жажду власти. И, утоляя эту жажду, Туман был способен объединять близких по духу Лордов, даже если их владения были разделены многими милями пути. Даже если они были рождены разными народами и взращены разными культурами — в Тумане они оказывались рядом.

Оказавшись по соседству, Лорды начали объединяться в кланы, которые постепенно заменяли собой прежний государственный строй. Дома кланов играли всю большую роль, становясь символом могущества и защиты, взяв на себя прежние функции королей и императоров. И целью Лордов стало развитие и укрепление позиций своего клана. А привыкшие к постоянным битвам Герои, с радостью сражались уже не за знамена и честь государства, а за знамена и честь своих кланов.

Хоть старая вражда и угасла, мирная жизнь была невозможна, ведь многие поколения Лордов привыкли к постоянным сражениям, а разрушительная сила Героев жаждала выхода на поле боя. Даже Боги понимали, что сражения — часть человеческой жизни и источник его развития. Чтобы сделать войны не такими разрушительными для мира, были созданы противостояния кланов. Состязания, в которых самые могучие кланы сражаются за право стать первым и завоевать неслыханные награды, ниспосланные самими Богами!

 

 

Бесплатная онлайн игра Prime World

Добро пожаловать на официальный сайт prime world, где вы всегда сможете узнать свежие новости о нововведениях, ознакомиться с подробным описанием возможностей игры, обсудить игру на форуме и просмотреть галерею скриншотов и видеороликов.

Сама игра Prime World представляет собой социальную стратегию, успешно совмещающую в себе возможность управления замком и тактические сражения. Участники определяются с выбором враждующей фракции, на стороне которой они хотели бы воевать, управлять собственным замком, собирать героев и принимать участие в безжалостных схватках. Кроме того, захватывающая игра прайм ворлд основана на совершенно новом для таких проектов социальном взаимодействии игроков.

В игре пв предусмотрены как мужские, так и женские персонажи, которые взаимодействуют между собой на тактических картах, что не только делает игру более интересной, но и напрямую влияет на исход тактических боев.

Описание игры Prime World

Онлайн игра придется по душе не только поклонникам стратегий, но и игрокам, отдающих предпочтение другим жанрам, при этом независимо от того, являетесь вы опытным игроком или новичком, вы найдете много интересного для себя в мире Прайм Ворлд. В pw каждому предоставлена свобода заниматься тем, чем он увлекается. Вы можете строить, осуществлять добычу ресурсов, коллекционировать умения и таланы, а также создавать благодаря всему этому новых героев. В то время как одни игроки будут принимать участие в сражениях с врагами, вы можете обеспечить им поддержку бонусами, добытыми за выигрыш в мини-играх непосредственно на тактической карте.

Суть онлайн игры заключается в противодействии двух фракций: Империи Доктов и Королевства Андорния, которые пытаются завоевать власть над праймом в ходе нескончаемых сражений. В свою очередь, прайм — это магическая чужеродная субстанция, способная изменить окружающий мир, с помощью которой можно им управлять. Другими словами фракция, которая обладает праймом - правит миром.

В процессе игры онлайн ПВ участники смогут собрать целую коллекцию героев, обладающих всевозможными талантами, управлять понравившимся персонажем в схожем с DotA режиме схватки, также можно стать владельцем собственного замка, исполнять поручения и сражаться с другими командующими.

Prime World —игра онлайн, которая каждому позволяет быть самим собой, мужчины смогут стать настоящими воинами-победителями, а девушки перевоплотиться в прекрасных целительниц, воодушевляющих своих рыцарей на подвиги.